Интервью с отелем Tarabya: Угур Талайхан и новая эпоха The Grand Tarabya

Будучи глубоко укоренившейся иконой в памяти Стамбула, отель The Grand Tarabya (Tarabya Oteli) под руководством Угура Талайхана объединяет элегантность прошлого с утонченностью будущего. В его видении Tarabya — это не просто отель; это сцена жизни, несущая в себе дух Босфора и определяющая роскошь не через показную роскошь, а через изысканность. Полный текст эксклюзивного интервью из 1-го выпуска The Vault Mag:

The Grand Tarabya — это не просто отель, а одна из важнейших частей памяти Стамбула. Какую ответственность вы почувствовали в первую очередь, когдаступили в должность?

В самый первый день на посту, когда я переступал этот порог, я чувствовал скорее не волнение, а некий трепет и уважение. Ведь каждый, кто переступает порог The Grand Tarabya, по сути, шагает в память, которая накапливалась здесь с 1966 года. И в тот день я знал, что принимаю не просто здание, а историю. Моей первой и самой сильной ответственностью было подготовить эту глубокую идентичность к новой эпохе, не повредив ее: то есть не цепляться слишком сильно за прошлое и не отставать от времени, но и не жертвовать духом отеля ради обновления. Найти этот тонкий баланс между ними стало для меня одновременно профессиональной задачей и делом личной чести. Истинный успех лидера заключается в том, чтобы, уважая историю до него, добавить к ней новую страницу, за которую не будет стыдно. Я начал работу именно с этим осознанием и, признаюсь, с осознанием этого приятного груза на своих плечах.

Когда произносят слово Tarabya, на ум приходят Босфор, элегантность и ностальгия. Что, по вашему мнению, означает переосмысление этого наследия сегодня?

Переосмысление наследия — это вовсе не то, чтобы консервировать его на месте, как думают многие; суть в том, чтобы сохранить его живым. Наследие, помещенное за стеклянную витрину, каким бы ценным оно ни было, со временем превращается лишь в воспоминание. Между тем, Босфор, элегантность и ностальгия, которые ассоциируются с Tarabya — это для нас не оставшееся в прошлом воспоминание, а дышащая, живая ценность. Моя задача заключается в том, чтобы пересказать этот дух на языке сегодняшнего дня: объединить глубокие корни с современным комфортом, международными стандартами сервиса и ожиданиями сегодняшнего гостя. То есть цель состоит не в том, чтобы имитировать ностальгию, а в том, чтобы перенести ее в сегодняшний день и передать завтрашнему. Для меня истинная элегантность — это не то, что остается неизменным, а то, что способно обновляться, сохраняя свою суть. И история Tarabya именно такова: словно Босфор, который постоянно течет, но всегда остается самим собой.

“Я принял не здание, а историю.”

Каким было ваше первое действие сразу после вступления в должность, которое заставило сказать: «Здесь начинается другая эпоха»?

Честно говоря, я не верю в то, что новую эпоху можно начать каким-то одним ярким шагом; прочные изменения приходят не с помпезными открытиями, а с тихой трансформацией мышления. Поэтому моим первым «действием» стал не интерьер или услуга, а общий язык, который мы выстроили с нашей командой. Прежде всего я поделился с ними следующим: здесь каждый гость — это не номер комнаты; это имя, которое мы знаем, помним и чьи ожидания предугадываем заранее. Ведь отель преображают не мрамор или архитектура, а точка зрения его сотрудников. Я хотел, чтобы гость чувствовал ощущение «здесь что-то меняется» не благодаря громким анонсам, а благодаря утонченности в момент встречи у входа, благодаря памятной детали. Настоящая трансформация начинается не тогда, когда о ней объявляют, а тогда, когда ее чувствуют; и, на мой взгляд, самый сильный первый шаг — это создание культуры сервиса, которая завоевывает сердца людей.

Какое нововведение, по вашему мнению, будет больше всего обсуждаться гостями в течение предстоящего года?

Надеюсь, мой ответ вас не удивит, но главным новшеством предстоящего периода станет вовсе не какая-то отдельная услуга или яркое пространство. Я верю в комплексное изменение впечатлений. С переходом отеля под бренд Fairmont наши гости найдут ту знакомую годами босфорскую элегантность, гармонично переплетенную с международной утонченностью бренда, объединяющего самые культовые отели мира. Но больше всего меня волнует то, что это изменение будет заметно гостю не по масштабным жестам, а по маленьким деталям, заставляющим его чувствовать себя особенным: слово, сказанное в нужный момент, запомнившееся предпочтение, неожиданная изысканность. Я верю, что самые сильные нововведения не объявляют шумно, а ощущают молча. Поэтому больше всего будут говорить именно об этой невидимой изысканности.

Если бы вы выбрали три слова, чтобы возродить дух Tarabya, какими бы они были?

Сложный вопрос, потому что втиснуть Tarabya в три слова — это отчасти значит ограничить его; и все же я хотел бы попробовать. Моим первым словом стала бы элегантность — не меняющееся веками, чуждое излишеств благородство этого побережья. Второе — непрерывность: наследие, которое непрерывно течет с 1966 года, передавая каждому поколению память о предыдущем. А третье — обновление; потому что мы видим в этом наследии не бремя, а отправную точку. Когда эти три слова соединяются, возникает то, что и есть сам дух Tarabya: место, уходящее корнями вглубь веков, но никогда не стоящее на месте, место, которое смотрит в будущее, неся с собой свое прошлое. По мне, истинный престиж скрыт именно в этом: в пространствах, у которых есть и память, и мечты.

Конкуренция среди роскошных отелей в Стамбуле сильна как никогда. Что, по вашему мнению, станет главным фактором, отличающим The Grand Tarabya от конкурентов?

Конкуренция в Стамбуле действительно очень сильна, и я воспринимаю это не как угрозу, а как мотивацию; ведь сильные соперники заставляют каждый день делать дела лучше. Однако самым главным фактором, который выделит нас, станет то, что ни один конкурент не сможет купить или построить задним числом: наши корни. История The Grand Tarabya, уходящая в 1966 год, тот факт, что это один из первых пятизвездочных отелей Турции, уникальное побережье Tarabya, чье имя происходит от слова «исцеление» (şifa), и тот непрерывный стиль жизни, который мы предлагаем в наших резиденциях… Все это — та глубина, которую отель может обрести не за деньги, а только со временем. Новые и впечатляющие здания будут появляться всегда; но историю невозможно скопировать. Если добавить к этому глобальную силу и видение Fairmont, перед нами предстает редчайший адрес, у которого есть и прошлое, и будущее. Именно эта целостность и отличает нас.

Что, по вашему мнению, гости теперь ждут от пятизвездочного отеля, и что по-настоящему удивляет их?

Сегодняшний гость уже считает комфорт, качество и эстетику в пятизвездочном отеле само собой разумеющимся правом; это больше не удивляющие факторы, а то, чего ждут изначально. Следовательно, разницу создают не предоставляемые вами удобства, а то, что вы заставляете гостя чувствовать. Момент, который по-настоящему впечатляет людей — это когда их ожидания предугадываются еще до того, как они их выскажут; когда они чувствуют себя не клиентами, а желанными гостями. Роскошь больше не в показной роскоши, а в искренности и утонченности. Самый изящный способ удивить гостя — не делать грандиозный жест, а вспомнить маленькую деталь, важную для него. Настоящий сюрприз кроется не в великолепии, а в том тепле, которое дает ощущение того, что тебя действительно видят. Я и моя команда ежедневно стремимся именно к этому.

Вид на Босфор сам по себе уже недостаточен. Как вы планируете дифференцировать опыт Tarabya?

Вы абсолютно правы; вид на Босфор — это великолепная отправная точка, но сегодня это уже не эксклюзивная привилегия сама по себе. Наша цель — не просто заставить гостя любоваться пейзажем, а подарить ему эмоцию. Мы выстраиваем это с помощью взаимодополняющих пластов: истории, которую рассказывает глубокое пространство, гастрономии, оставляющей след на вкусовых рецепторах, концепции велнеса, которая не просто расслабляет, а по-настоящему обновляет, и, самое главное, — личного внимания, ощущаемого в каждой точке контакта. Пейзаж — это рамка; настоящую картину создает то впечатление, которое вы помещаете внутрь этой рамки. Если гость, уезжая отсюда, говорит не «какой там был красивый вид», а «я чувствовал себя там совершенно иначе», значит, мы сделали свою работу правильно. Именно это и сделает опыт Tarabya особенным: принадлежность, выходящая за рамки пейзажа.

“Когда-то роскошь измерялась вещами, которыми человек владел, и эффектными деталями.”

Роскошь теперь определяется не столько тем, чем владеют, сколько переживаемыми моментов. Как Tarabya будет интерпретировать эту трансформацию?

Я не просто верю в эту трансформацию, я вижу в ней самую зрелую точку, к которой пришло гостеприимство. Когда-то роскошь измерялась вещами, которыми человек владел, и эффектными деталями; сегодня же она определяется моментами, когда человек чувствует себя частью истории. Tarabya несет эту интерпретацию без натужности, естественно; ведь само это побережье — не объект, а атмосфера, мгновение, эмоция. Цвет воды в лучах утреннего света, умиротворение, опускающееся на террасы в сумерки — это нельзя купить, это можно только пережить. И наша работа заключается не в том, чтобы продать гостю дорогое проживание, а в том, чтобы подарить ему время, которое запомнится. Ведь опыт делают долговечным не его великолепие, а тот след, который он оставляет внутри человека. Будущее роскоши будет принадлежать тем, кто умеет приумножать эти моменты; а Tarabya для этого словно создана.

Какую стратегию вы преследуете, чтобы вернуть Tarabya, бывшую долгие годы важным местом встреч в социальной жизни Стамбула, на повестку дня города?

Tarabya на протяжении десятилетий была одним из самых изящных мест для встреч в Стамбуле; эта социальная память и сегодня жива и служит для нас бесценной основой. Стратегия, которую мы используем для возвращения отеля на городскую повестку дня, основана не на навязанной видимости или временной популярности, а на создании естественного и прочного притяжения. Путь к тому, чтобы действительно сделать место популярным — это не реклама, а время, которое люди проводят там. Поэтому наш фокус направлен на то, чтобы благодаря гастрономии, социальным пространствам и культурной позиции отель снова стал местом встреч для стамбульцев. Моя цель — сделать так, чтобы фраза «давай встретимся в Tarabya», обращенная к другу, снова стала самым естественным предложением. Место остается на слуху тогда, когда оно становится точкой накопления воспоминаний людей; и мы хотим, чтобы эти воспоминания снова накапливались здесь.

Какие проекты вы разрабатываете, чтобы превратить отель из места простого ночлега в живое направление?

То, что превращает отель в живое направление — это не только те, кто переступает его порог ради ночлега, но и те, кто приходит туда по какой-то причине: ради трапезы, празднования, встречи или просто мгновения. Направление, над которым мы работаем — именно таково: сделать The Grand Tarabya не просто адресом для ночлега, а живым центром социальной и культурной жизни Стамбула. Мы размышляем над целостной концепцией жизни, простирающейся от гастрономии и социальных пространств до велнеса и культурного опыта. Даже тот, кто не проводит в отеле ночь, должен иметь здесь ценное воспоминание; житель Стамбула должен иметь возможность найти здесь свой собственный побег от рутины, даже не отправляясь в путешествие. Конкретные шаги я предпочитаю озвучивать тогда, когда придет время; но вектор ясен: проживание — это лишь начало, а главная цель — сделать это место точкой пересечения определенного стиля жизни.

Гастрономия сегодня — одна из сильнейших идентичностей роскошных отелей. Какие изменения мы увидим в кулинарном видении Tarabya?

Этот вопрос особенно близок мне, потому что я начал свой путь в этой профессии в 17 лет на кухне; и годы спустя, став генеральным директором отеля, часть моего сердца все еще остается у этого огня. Поэтому кулинарное видение Tarabya для меня не просто рядовой пункт, а личная страсть. Моя цель — объединить на одном столе международное качество и аутентичные вкусы этой земли, не жертвуя ни одним ради другого. Наши семь различных гастрономических точек предоставляют прочную основу для предложения такого разнообразия. Но для меня тарелка — это не просто техническое достижение; она должна нести в себе принадлежность, память, историю. Изменения, которые вы увидите, будут скорее в сути, чем в показной роскоши: это подход, уважающий настоящие продукты, мастерство, то, что дарит сезон, и тот след, который блюдо оставляет на нёбе гостя. Ведь самые незабываемые блюда — не те, что поражают воображение роскошью, а те, что идут от самого сердца.

Терраса, бары и побережье Босфора Tarabya в прошлом были самыми престижными местами встреч в Стамбуле. Каковы ваши планы по возрождению этой социальной памяти?

Террасы, бары и побережье Босфора Tarabya когда-то принимали самые престижные встречи Стамбула; это чрезвычайно ценное социальное наследие, на котором мы можем выстроить новое будущее. Способ возродить этот дух заключается не в том, чтобы рассматривать пространства просто как точки оказания услуг, а в том, чтобы превратить их в живые сцены, куда люди стремятся попасть, чтобы собраться вместе. Вечер, проведенный в Diba в лучах заката, или та самая неповторимая атмосфера побережья Босфора — это, по сути, приглашение к этой глубокой культуре встреч. Наша цель — подарить гостю не просто красивый пейзаж, а вечер, который ему захочется вспомнить. Когда люди начинают накапливать прекрасные моменты в каком-то месте, это место естественным образом оживает вновь. И мы хотим сделать это побережье тем самым местом в Стамбуле, про которое говорят: «Давай встретимся там».

Начинается ли новая эпоха в сфере культуры, искусства и мероприятий, связанных со стилем жизни?

Да, я очень взволнован этим. Культура и искусство — неотъемлемая часть идентичности как Стамбула, так и этого отеля; думать об одном в отрыве от другого невозможно. В таком городе с невероятно высокой творческой энергией, как Стамбул, открытие дверей The Grand Tarabya в этот мир кажется мне совершенно естественным. Я рассматриваю искусство не как картину, повешенную в лобби, или мероприятие, добавленное в календарь, а как естественный пласт опыта гостя — ненавязчивое присутствие, впитавшееся в дух пространства. Шаги, которые мы предпримем в этой области, будут сформированы с помощью бережного и осмысленного подхода, свободного от показухи. Ведь культурная позиция измеряется не тем, как громко о ней заявляют, а тем, насколько искренне ее чувствует гость. Да, в этом смысле мы находимся на пороге новой и многообещающей эпохи.

Это интервью было опубликовано в 1-м выпуске The Vault Mag за сентябрь 2026 года. С полной версией журнала вы можете ознакомиться на странице Выпуски.